Волевой характер и любовь к сцене актер унаследовал от родителя, бывшего актером и режиссером Московского академического театра сатиры.
Мог ли Безруков быть сейчас, скажем, айтишником или менеджером? Вряд ли. Вся его жизнь с младых ногтей была подчинена иной стезе. Папа часто брал маленького Сережу на работу, показывал азы актерского мастерства. Ребенок впитывал информацию как губка, учил монологи, читал их, сопереживая героям, со слезами на глазах. Его отец Виталий Безруков – волжанин, деревенский паренек, крепкий физически и духом. Сергей рассказывает:
- Батя, хоть у него уже и кардиостимулятор, оно и понятно, 82 года… <…> Никогда не прогибался, смелый человек. За несправедливость, за всякую подлость мог врезать так, что коньки летели. Потому что батя не будет долго говорить: предупредил раз, а во второй — уже бьет.
У Сергея характер более мягкий, в маму. Поэтому коммуникабельность ему не чужда. Но отцовская горячность иногда просыпается и в нем. Художественный руководитель Московского Губернского театра признался:
- Бывает, когда репетирую как режиссер-постановщик, иногда могу быть жестким, потому что тяжело собрать спектакль, всех построить. То есть режиссер-постановщик — это немягкий человек, как мне кажется. Так что я, наверное, унаследовал от отца эту жесткость полководца, когда веду своих артистов к премьере спектакля.
В иных ситуациях звезда старается избежать конфликта. Своей жизнью и творческой карьерой Безруков доволен, счастлив, что все по судьбе сложилось именно так. Влюбленный в свое дело актер и режиссер шутит:
- Наша профессия чем хороша? Если ты снимался в кино, ты бессмертен!
А еще, по словам Сергея, в образе того же Есенина, можно «пить, гулять и иметь огромное количество женщин». И все это без ущерба для репутации.